Печать о Советско- финляндской войне

Советско-финляндская война 1939-1940 гг. совершенно справедливо считается одной из самых малоизученных страниц отечественной истории. Вплоть до недавнего времени о ней практически ничего не говорилось в открытой литературе. Причину создавшейся в нашей историографии довольно непростой ситуации с изучением советско-финляндской войны можно объяснить несколькими обстоятельствами.

Длительное замалчивание этой войны в отечественной военно-исторической литературе объяснялось «закрытостью», по идеологическим и другим причинам, самой темы советско-финляндской войны 1939-40 гг. Связано это было, в первую очередь, с тем, что Советский Союз выступил агрессором в данной войне, нарушившим пакт о ненападении с Финляндией. В итоге это привело к исключению СССР из Лиги Наций и нанесло сильный удар по его международному престижу. Во-вторых, боевые действия Красной Армии на протяжении всей войны сопровождались частыми неудачами и поражениями и имели своим результатом огромные потери в живой силе и боевой технике. Война вскрыла огромное количество недостатков в системе боевой подготовки и управления Красной Армии, что вызвало большие сомнения в ее боеспособности на Западе. Одним словом, война СССР с Финляндией оказалась «неудобной» темой, вспоминать о которой не хотелось ни политикам, ни военным деятелям.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что на протяжении нескольких десятков лет (с середины 1940-х и почти до середины 1980-х гг.) практически запрещалось поднимать этот вопрос в отечественной исторической литературе. Дело сводилось лишь к беглым упоминаниям этой войны в разного рода обобщающих работах или многотомных трудах по истории  Второй  мировой  войны   1939-45  гг.

О «зимней войне» говорилось, в лучшем случае, как о причине, повлекшей за собой крупные реформы в Красной Армии в 1940-41 гг., или как о событии, благодаря которому северо-западная граница СССР отодвинулась на 135 км. Фактически, этим и исчерпывалась основная информация об этой войне.

И лишь с конца 1980-х гг. в отечественной историографии стали появляться многочисленные очерки, статьи, брошюры и книги, посвященные событиям советско-финляндской войны.1 Характерной особенностью этих работ был, в основном, обзорный характер, так как авторы не углублялись в какие-либо конкретные проблемы, связанные с этой войной (из-за недостатка архивных источников). Значительный сдвиг в познании событий данной войны наступил уже в последующий период, с начала 1990-х гг., когда российскими историками стали активно разрабатываться самые различные аспекты войны СССР и Финляндии зимой 1939-40 гг. Этому благоприятствовало и широкое привлечение авторами недавно рассекреченных архивных документов. В результате, в середине 1990-х-начале 2000-х гг. вышло в свет большое количество работ по истории «зимней» войны,2 среди которых были монографии, сборники статей, сборники документов и материалов. Значительным событием в научной жизни стало издание коллективного труда российских и финских историков «Зимняя война 1939-1940»,3 где нашли отражение самые разные стороны военного противоборства сторон, политические и экономические аспекты проблемы, а также двухтомного сборника статей и материалов «Советско-финляндская война 1939-1940».4 Всего за период 1990-х-начала 2000-х гг., по неполным данным, было опубликовано около 25 книг и брошюр и более 350 статей в периодической печати по истории советско-финляндской войны.

Итак, за последние годы в России была создана довольно обширная литература по «зимней» войне, но это еще не означает полного раскрытия данной темы. Дело в том, что на данный момент хорошо изучены в основном вопросы, связанные с политическими аспектами проблемы, но никак не с военными, к которым историки еще только начали приступать. В данной связи остается только пожалеть об отсутствии капитального труда по боевым действиям РККА зимой 1939-1940 гг., хотя создание подобной работы было бы вполне по силам Институту военной истории при Министерстве обороны РФ.

Несмотря на малое количество работ, специально посвященных военным действиям, в более выгодной ситуации, как это ни странно, оказался Военно-мор-ской флот. С одной стороны, о роли ВМФ СССР (и в первую очередь - Краснознаменного Балтийского флота) в советско-финляндской войне в отечественной военно-исторической литературе сказано чрезвычайно мало. В то же время имеется очень солидная «закрытая» работа, посвященная непосредственно этой теме: еще в 1945-46 гг. вышел в свет труд «Советско-финляндская война 1939-1940 гг. на море» в двух частях, написанный большим коллективом сотрудников Исторического отдела Главного морского штаба ВМФ под общей редакцией капитана 1 ранга В. И. Круглова.5 История создания этого капитального труда настолько важна для данной темы, что об этом следует рассказать как можно подробнее.

Уже сразу после окончания военных действий, весной 1940 г., высшее командование ВМФ достаточно отчетливо осознавало всю значимость приобретенного в войне опыта для всего нашего флота в целом. На это было, по крайней мере, две причины. Во-первых, был важен уже сам факт участия в боевых действиях, после длительного периода мирного строительства (если не считать кратковременного применения Амурской флотилии в боях с китайцами в 1929 г.), сразу двух флотов - Балтийского и Северного, причем, в довольно приличных масштабах. Как сказал на совещании командиров и комиссаров КБФ 14 марта 1940 г. командующий флотом флагман 2 ранга В. Ф. Трибуц, «наш Краснознаменный Балтийский флот впервые за 20 лет получил возможность  участвовать в боевых операциях и выполнять ответственные, почетные задачи, поставленные перед нашей страной».6 А в другом своем выступлении, всячески подчеркивая значение выполняемых КБФ боевых операций в ходе войны, В. Ф. Трибуц даже выразился в том смысле, что в боях с Финляндией «мы держали ... экзамен перед флотами нашей страны, перед нашим народом, перед нашим правительством»?

Во-вторых, и это, пожалуй, самое главное, боевая деятельность Балтийского флота дала богатый опыт, который впоследствии был в значительной мере учтен при разработке новых боевых наставлений по ведению операций и штабной службе, а также планов боевой подготовки и мобилизационного развертывания для всего Военно-морского флота. Правда, здесь надо учесть, что полноценный опыт применения нашей боевой техники был ограничен условиями времени года и самого театра военных действий, а также характеризовался крайне ограниченным составом сил противника на море и фактическим отсутствием с его стороны противодействия. То есть, боевой опыт носил, как выразился однажды заместитель наркома ВМФ флагман флота 2 ранга И. С. Исаков, односторонний характер.8 Но все же «отдельные классы ко-раблей,морской авиации и отдельные тактические приемы, которые были применены в борьбе с финнами», получили, по выражению В. Ф. Трибуца, «некоторую оценку и позволяют нам сейчас сделать предварительные выводы»? Более определенно высказался на этот счет сам нарком ВМФ СССР флагман флота 2 ранга Н. Г. Кузнецов в своем приказе, предназначенном для Военных советов флотов и флотилий, а также флагманов и командиров: «..Война с белофиннами, несмотря на ее специфичность, все же дала ценный опыт по целому ряду вопросов»

Таким образом, уже в конце войны ни у кого из лиц высшего руководящего состава ВМФ не возникало сомнений в ценности приобретенного в ходе боевых действий опыта. Оставалось лишь собрать, изучить накопившийся материал по боевой деятельности флотов, сделать правильные выводы и довести их до возможно большего количества командиров флота.

Первоначально почин в этом деле взяло на себя командование Краснознаменным Балтийским флотом. Уже 21 марта 1940 г. Военный совет КБФ приказал «в целях накопления и изучения опыта боевых действий кораблей (частей) и соединений КБФ» представить к 15 апреля в штаб флота отчеты по подготовке и проведению боевых действий. Начальник штаба КБФ капитан 1 ранга Ю. А. Пантелеев в своем приказе № 1оп/12бс пояснил, какого характера должны быть эти материалы - «подробные отчеты, схемы маневрирования в боевых соприкосновениях, боевые действия, журналы боевых действий, планы операций, фотоснимки за период с 30 ноября 1939 г. по ^марта 1940 г. с выводами по операциям, по тактике, технике, боевому управлению и т. п., положениями и практическими предложениями командиров и военкомов соединений о всех отраслях деятельности кораблей (частей) и соединений»." Эта работа, по мнению Ю. А. Пантелеева, становилась теперь основной задачей в работе всех штабов соединений КБФ на протяжении марта-апреля текущего года. Весь наработанный материал следовало представить в указанный срок в 1-й (оперативный) отдел штаба Балтийского флота.

Следует заметить, что практически параллельно со штабом КБФ работой по сбору документов, касающихся боевых действий армии в советско-финляндской войне, занимался штаб Ленинградского военного округа. Дело в том, что 28 марта 1940 г. приказом Генерального штаба РККА при Историческом отделе штаба ЛВО была создана Комиссия по описанию советско-финляндской войны 1939-1940 годов.13 Итак, отныне работа военных историков (как армейских, так и флотских) стала развиваться примерно в одном направлении.

10 апреля 1940 г. на заседании Главного военного совета ВМФ, где одним из вопросов повестки дня стояло изучение и использование опыта войны на море, заместитель наркома ВМФ И. С. Исаков призвал всех начальников центральных управлений ВМФ «организовать изучение опыта* войны, для чего следовало использовать определенную методику. Эта методика сводилась к тому, чтобы собрать и систематизировать материалы, а уже потом произвести критический анализ документального материала, используя для этого данные противника. Чтобы осуществить данную работу, как полагал Исаков, необходимо было создать Историческую комиссию.14 Однако в решении данного вопроса наступила двухмесячная пауза, связанная с предварительным рассмотрением итогов войны и принятием решений по основным вопросам подготовки и жизнедеятельности флота.

Лишь 20 июня 1940 г. народный комиссар ВМФ Н. Г. Кузнецов подписал приказ № 2б51 с, который был направлен Военным советам Краснознаменного Балтийского и Северного флотов, начальнику Главного морского штаба, а также начальнику Управления военно-морских учебных заведений. Согласно этому приказу, «для исследования и использования опыта войн» при Историческом отделе ГМШ ВМФ учреждалась постоянная Историческая комиссия под руководством капитана 1 ранга В. И. Круглова. Первоочередной задачей комиссии, по мнению наркома ВМФ, являлось «доведение до начальствующего состава ВМФ опыта войны с белофиннами»,15 Работа комиссии должна была проводиться при всемерном содействии военных советов КБФ и СФ, которое заключалось в сосредоточении «всех документов войны», в передаче председателю комиссии «дополнительных сведений, необходимых по ходу работы комиссии», и в привлечении к научно-исследовательской работе начальствующего состава ВМФ.

Для начала Военным советам Краснознаменного Балтийского и Северного флотов надлежало передать начальнику Исторического отдела ГМШ в срок с 15 по 20 июля 1940 г. «все документы кораблей, штабов соединений, штабов и политических управлений флотов, относящихся к развертыванию, боевому использованию, политическому обеспечению боевых действий, материально-техническому обеспечению операций военно-морских сил в период войны с белофиннами». Причем, Н. Г. Кузнецов даже указал, какого характера должны быть эти документы: вахтенные журналы, исторические журналы, журналы боевых действий, планы операций, приказы, наставления, донесения, разведывательные сводки, оперативная переписка, отчеты о боевой деятельности, дневники и записки командиров и воспоминания участников боев. Одним словом, для будущей исследовательской работы привлекались самые разнообразные материалы по истории боевых действий на море зимой 1939-1940 гг.

Начальник Главного морского штаба адмирал Л. М. Галлер со своей стороны должен был к 15 июля 1940 г. дать председателю Исторической комиссии В. И. Кругл ову «тематику для составления монографий по отдельным операциям и по отдельным проблемам»}6 Исторической комиссии следовало начать работу с 20 июля и уже к 1 ноября 1940 г. представить названия не менее трех монографий по основным проблемам. Исходя из указаний наркома ВМФ, начальник штаба Балтфлота своим приказом по КБФ № 1оп/3б8с от 4 июля 1940 г. повторил его приказание. При этом начальник штаба добавил, что отчеты, уже присланные соединениями и частями в Штаб КБФ, ни в коем случае нельзя дублировать, так как «последние будут отправлены председателю комиссии непосредственно штабом КБФ»

Тем временем на более высоком уровне было принято решение об объединении усилий военных историков под единым руководством. 11 июля 1940 г. нарком обороны СССР маршал С. К. Тимошенко издал приказ № 200 - о назначении Комиссии для составления военно-исторического труда «Советско-финляндская война 1939-1940 гг.».18 Председателем комиссии был назначен генерал-майор Н. В. Корне-ев, а его заместителем - крупный военный историк полковник Н. А. Таленский. Комиссия изначально была ограничена очень жесткими сроками - ей надлежало приступить к работе немедленно и «издать труд к 1.3.42 г.».

Труд «Советско-финляндская война 1939-1940 гг.» был задуман как комплексный и рассчитан на 7 томов, которые должны были охватить, по выражению Н. В. Корнеева, «все вопросы войны», а именно - боевую деятельность Красной Армии на всех направлениях, действия Военно-воздушных сил РККА, а также ^Краснознаменного Балтийского и Северного флотов. Таким образом, Историческая комиссия при ГМШ обязана была подчиняться по основным вопросам комиссии НКО по описанию советско-финляндской войны и согласовать с ней свой план работы. Структура издания была сформулирована Н. В. Кор-неевым следующим образом: 1-й том отводится изложению политической и экономической обстановки накануне войны, описанию театра военных действий, подготовке сторон к войне и краткому оперативно-стратегическому описанию советско-финляндской войны 1939/40 гг., 2-й том - описанию боевых действий войск на Карельском перешейке, 3-й том - боевым действиям на Петрозаводском направлении, 4-й том - боевым действиям северных армий (9-й и 14-й), 5-й том - действиям ВВС на всех направлениях, 6-й том - описанию партийно-политической работы в период войны и, наконец, 7-й том - боевым действиям Краснознаменного Балтийского и Северного флотов.

Тральщики, Япония

Тип W-19

17 единиц

W-190,18.2.1941 — слом в 1946), W-20 (l, 17.9.1941 — погиб 4.5.1945), W-21 (HSB, 28.2.1941 — слом в 1947–1948), W-22 (I, 28.4.1941 — погиб 11.11.1944), W-23 (I, 13.1.1943 — в 1947 передан СССР), W-24 (HSB, 26.9.1942 —...

Разработка новых подводных лодок

Новая тактика была разработана с ориентацией на незаурядные качества лодок XXI серии, имевших подводную скорость выше надводной, зти лодки двигались под шнорхелем ночью и на электродвигателям днем, проводя все патрулирование под водой. Лодки XXI...

Канонерские лодки, США

Морские канонерские лодки

Тип «Flower»

18 единиц

1-я группа:

PG-62 «Temptress» (б. англ. «Veronica», SD, 17.10.1940), PG-63 «Surprise» (б. англ. «Heliotrope», JC, 5.6.1940), PG-64 «Spry» (б. англ. «Hibiscus», HW, 6.4.1940), PG-65 «Saucy» (б....

Эскадренные миноносцы, Австралия

Типы «V» и «W»

4 единицы в RAN

«Vampire» + 9.04.42 зап. о. Цейлон потоплен япон. пикир. бомб. D3A1 с АВ «Akagi» и «Hiryu» (попадания 13 АБ). Потери: 9 чел.

«Voyager» + 23.09.42 у юж. побер. о. Тимор выскочил на мель, оставлен экипажем, потоплен...

Эскортные корабли, Польша

Эскортные миноносцы

Тип «Hunt II»
(британский)

3 единицы в MW

Получены от RN, уцелевшие возвращены в 1946 г.

«Krakowiak» (бывш. HMS «Silverton») — получен 20.04.41

«Slazak» (бывш. HMS «Bedale») — получен 17.04.42.

«Kujawiak» (бывш. HMS...

Unable to load Mainlink code. Directory /srv/www/seav.ru/httpdocs/hanuman/data is not writeable!