Отрядное учение 1938г.

В период с 27 по 30 сентября .1938 г. Краснознаменным Балтийским флотом было проведено большое отрядное учение (БОУ) № 4 на тему «Расширение плацдарма действий КБФ и недопущение прохода в восточную часть Финского залива эскадры линейных кораблей противника днем». Оперативный фон учения был составлен в соответствии с указаниями зам. наркома ВМФ, которые, правда, были «сокращены вследствие недостаточной подготовки флота в целом (отставание тактической подготовки).  Основными учебными целями, отрабатывавшимися на БОУ, были: 1) оборона главной базы; 2) совместные действия ПЛ и авиации в удаленных районах; 3) удар по маневренной базе противника; 4) бой линкоров в море с взаимодействием с ПЛ днем; 5) эскорт ПЛ, рандеву с ними и прорыв противолодочного барража противника; 6) совместные удары линкоров, легких сил и ВВС по линкорам противника в восточной части Финского залива.
Не вдаваясь в подробности хода большого отрядного учения, стоит рассмотреть основные замечания штаба КБФ по его проведению. Большие нарекания, прежде всего, вызвала подготовка к учению штаба «восточной» стороны. Во-первых, очень много времени штаб потратил на различные совещания и разговоры. Общая недостаточная организованность и четкость в работе в значительной мере помешала работе штаба, который, к тому же, не имел «твердого плана работы». Во-вторых, непрерывно, по ходу подготовки, в план вносились многочисленные изменения и дополнения, что привело затем к путанице и неясности задач. Штабы соединений работали крайне медленно и неорганизованно и подчиненными частями почти не руководили. Несмотря на то, что командир Бригады линкоров «восточных» флагман 2 ранга Н. Н. Несвицкий и его штаб имели возможность в ходе подготовки к учению провести инструктаж и игру для подчиненных, они этого не стали делать, что «особенно сильно сказалось при операции прорыва барража».  В ходе самого учения работа штаба " восточных"  постепенно улучшилась, полнилась четкость в распределении обязанностей командиров, исчезла лишняя нервозность в работе штаба. По итогам БОУ командованием было признано, что, «несмотря  на гпекучесть, случайность состава и несмотря на то, что все командиры штаба впервые ра ботали в большом гшпабе, штаб Восточной стороны выполнил свою задачу удовлетворительно.

Стоит заметить, что неприятельская, «западная», сторона являли собой совершенно противоположный пример. Все необходимые документы по учению были подготовлены штабом своевременно и разосланы по всем соединениям и частям. К тому же, командующий "западной" стороной флагман 2 ранга С П. Ставицкий со своим начальником штаба капитаном 2 ранга  К. Васильевым провели тщательный инструктаж подчиненных частей и кораблей.

Основные нарекания пришлись на малограмотные действия командиров соединений "восточной" стороны, прежде всего командира Бригады линкоров Н. Н. Несвицкого. Ему было поставлено в вину неграмотное маневрирование и построение Эскадры перед прорывом. Вообще, сплаванность кораблей Эскадры в походе была признана недостаточной и объяснялась исключительно «омоложением командиров (очевидное последствие массовых репрессий - П. Щ». Командиры многих кораблей неоднократно допускали грубые ошибки при маневрировании, как-то: пересечение курса Эскадры прямо перед носом корабля, вступление в строй под прямым углом, запаздывание с поворотом охранения и пр. Походный строй Эскадры при движении был слишком растянутым, как днем, так и ночью. К примеру, противолодочное охранение находилось слишком далеко, даже сверх установленного лимита (12 кабельтовых). Эскадренные миноносцы находились в самом конце кильватерной колонны, причем на таком расстоянии, что в случае начала боя они просто не успели бы выйти в атаку. Походный порядок Эскадры, и без того ненормальный, после присоединения к ней лидера «Ленинград» и 2 подлодок стал еще более странным: линкоры-подлодка-сторожевые корабли-лидер-подлодки.

Самые большие сложности для «восточных» начались при прорыве неприятельского противолодочного рубежа. Данный эпизод, по оценке руководства учением, «прошел скомканно» и «практически проталкивание (подлодок - П. П.) не удалось бы, особенно если бы противник располагал авиацией на ближайших аэродромах». Действия командира Бригады линкоров Н. Н. Несвицкого были признаны полностью неверными, ибо он «демаскировал операцию, обозначил место и время прорыва, больше часу топтался на месте, скованный позицией противника и подставив себя под удар ВВС, БО, ТК и ПЛ противника (иными словами, была полностью повторена прошлогодняя ошибка на оперативной игре - П. Щ». Грубейшим просчетом Несвицкого было то, что он ввязался в бой, даже не построив Эскадру в боевой порядок, т. е. не разделив ее на группу прорыва и обеспечивающую группу. В тот момент, когда линкоры разделились и открыли огонь по неприятельским броненосцам, лидер и 2 миноносца из состава охранения находились далеко позади и ничем помочь не могли. Фактически, линкоры были поддержаны одной-единственной подлодкой.  Вместо этой импровизации следовало бы собрать и перестроить для боя все силы Эскадры еще не доходя до противолодочного рубежа, затем отогнать силами передового отряда охранение «западных» и только затем начать прорыв минно-артиллерийской позиции с одновременным подавлением броненосцев и береговой обороны неприятеля.

Еще более рискованно, если не сказать безграмотно, осуществлялось форсирование минного заграждения. Большая часть кораблей стали ставить параваны лишь после подхода к позиции. Так, например, линкор «Октябрьская революция» (командир - Б. П. Птохов) зашел на минное заграждение, преодолел его и только после этого стал ставить параваны. Подобные действия были расценены как «недопустимое легкомыслие». Решение Несвицкого о разделении линкоров на 2 группы тоже было охарактеризовано как неправильное, поскольку это можно было делать лишь после вскрытия боевого порядка противника.

Артиллерийский бой между линкорами и неприятельским броненосцем (эту функцию исполнял крейсер «Киров») протекал неорганизованно со стороны «восточных», будучи пущенным на самотек. Линейные корабли «восточных» поздно открыли огонь, упустив шанс уничтожить броненосец «западных» на выгодной для себя дистанции. Вместо этого они опасно сблизились с неприятелем, предоставив ему возможность расстреливать себя на минном поле. Из этого факта был сделан вывод, что команды кораблей не придают значения борьбе за первый залп, имеющий большое значение в морском бою.

В отличие от неграмотных действий «восточной» стороны по прорыву минно-артиллерийской позиции командующий «западной» стороной С. П. Ставицкий (один из крупнейших советских военных теоретиков, известный своими работами по вопросам общей тактики морских сил и тактики морской артиллерии - П. П.) весьма умело распорядился имевшимися у него силами. Используя плохую видимость, броненосцы береговой обороны «западных» отсекали и уничтожали вырвавшиеся вперед эсминцы «восточных», в то же время не подставляя себя под огонь неприятельских линкоров. Лишь явная слабость сил «западных», которые не располагали в р-не минно-артиллерийской позиции авиацией и торпедными катерами, не позволяла нанести сосредоточенного удара по линкорам «восточных» и, тем самым, поставить их в критическое положение.

Руководством учения была отмечена недооценка обеими сторонами всех видов разведки, которая «не видоизменяется по методам в связи с изменением обстановки.  Например, когда метеорологическая обстановка исключила возможность использования авиаразведки, она не была заменена корабельной разведкой или дозорами, из-за чего в процессе игры неоднократно возникали критические ситуации. К примеру, выход эскадры «красных» из базы не был своевременно замечен и длительное время не контролировался разведкой «синих». В то же время командующий эскадрой «красных» Н. Н. Несвицкий подошел к противолодочному рубежу противника, предварительно не разведав его. В результате «красные» в очередной раз (кстати, это уже наблюдалось на прошлогоднем учении - П. П.) подставили себя под возможный комбинированный удар воздушных и надводных сил «синих».  Таким образом, реальная обстановка в ходе проведения БОУ «в динамике, как она слагалась в каждый данный момент, не наблюдалась.

Общий вывод по проведенному учению оказался, как и прежде, более чем сдержанным. Несмотря на стандартную оптимистическую формулировку («КБФ овладел методом сложного взаимодействия всех сил в ударе и в бою, на базеБУМС-37, с применением его к специфическим условиям местности»), тут же было указано, что оценка по итогам БОУ «может быть дана только удовлетворительная (на сегодня), т. к. практического овладения всеми тактическими приемами еще нет». В качестве наиболее крупных недостатков были зафиксированы: неграмотные действия многих командиров надводных кораблей при сближении и организации боя с противником, слишком позднее и рискованное развертывание сил авиации, плохо отработанные приемы постановки дымовых завес, разворота и отхода надводными кораблями и т. д. Относительно работы Штаба КБФ во время учения отмечалось, что он «еще не имеет той тщательности в работе и того уровня штабной культуры, который гарантирует командование от неожиданностей и срывов».

Речные тральщики, СССР

Тип РТ

36 единиц

Вспомогательные ТЩ (переоборуд. из РТ) (мобилизованы 06.-11.41, после 05.45 возвращены рыболов, флоту). После официального наименования в скобках — бортовой номер.

* ТЩ-участники советско-финской войны 10.39-03.40.

Т-879 (№...

Маневры на КБФ в 1937г.

Однако самым важным мероприятием на КБФ в 1937 году стали маневры, проведенные в период с 5 по 8 октября. Темой маневров была определена «Операция Краснознаменного Балтийского флота по срыву оперативных перевозок противника в Балтийском море и...

Подводные лодки в фолклендской войне (прод.)

В этой ситуации оставалось только воевать до конца. 1 мая начались бои в воздухе и состоялась первая атака аргентинской субмарины.

Капитано ди корбета Марио Азкуэта повел свой корабль в море еще в апреле. Он получил приказ оперировать севернее...

Большие подводные лодки, Великобритания

Тип «А»

2 + 14 единиц

«Amphion» (ВикАрм, 31.8.1944 — искл. в 1970) и «Astute» (ВикАрм, 1.1.1945 — искл. в 1970)

Надводное — 1120/1385 т, подводное — 1620 т; 85,1x6,8x5,2 м; 2 диз./2 ЭД, 4300/1250 п.с., 18,5/8 узл., 165 (наибольшее до 219) т...

Штабные корабли, США

Тип «Ancon»

1 единица

AGC-4 «Ancon».

Полное — 14 150 т; 150,3x19,5x8 м; 2 ТЗА, 2 ПК, 10 000 л.с., 18 уз., 8000 (12) миль. Эк. 707 чел. 2x1–127-мм/38, 4x2–40-мм/56, 10x2–20-мм/70.

Бывший транспорт компании «Panama Rail Road», переоборудован в...

Unable to load Mainlink code. Directory /srv/www/seav.ru/httpdocs/hanuman/data is not writeable!