Продолжение учений 1939г.

По итогам окружной оперативной игры руководство сделало важные выводы. Во-первых, было замечено, что обе стороны - как «красная», так и «синяя»  не использовали в полной мере силы флота. В частности, надводные корабли мало применялись для поддержки флангов армии. Во-вторых, было замечено, что роль авиации в начальный период боевых действий имеет очень большое значение, особенно в условиях стесненного маневрирования крупных кораблей противника в Финском заливе. Массирование же сил авиации для решения данной задачи могло быть достигнуто при условии тесного взаимодействия с ВВС ЛВО. Отсюда был сделан вывод, что необходимо еще в мирное время тренировать отдельные части авиации округа во взаимодействии с ВВС КБФ, для чего следует организовать несколько совместных учений с авиацией Балтфлота.  В целом командованием КБФ было сочтено, что совместная оперативная игра дала положительные результаты. Было достигнуто взаимное понимание во всех звеньях командования в части тех задач, которые придется решать сухопутным войскам и флоту. Командиры флота усвоили понимание борьбы на сухопутном фронте на конкретном участке театра военных действий. Были должным образом оценены собственные возможности с точки зрения помощи армии и той поддержки, кото-.рую может оказать армия флоту. Вопросы взаимодействия ЛВО с КБФ было решено отработать в ходе предстоящей летней боевой подготовки частей и кораблей округа и флота.

Двухсторонняя оперативно-тактическая авиационная игра на тему «Взаимодействие с флотом при выводе и обратном возвращении подводных лодок, действующих на морских коммуникациях», заданную Главным морским штабом, была проведена на КБФ с 16 по 17 марта 1939 г. Учебные цели, которые преследовала игра, сводились к следующему: 1) организация совместных действий с подлодками и надводным флотом при форсировании преград; 2) отработка методов по запрещению противнику пользоваться шхерными фарватерами; 3) отработка ПВО кораблей при их движении вплоть до выхода в Балтийское море; 4) организация оперативной разведки на Балтийском театре.

Вся подготовительная работа (принятие решений, расчеты, составление документации) была выполнена играющими в период с 11 по 16 марта. Обстановка на игре была создана такой, какой она могла быть в действительности. В частности, армия «синих» (финская), занимавшая оборону на Карельском перешейке, должна была сдержать наступление «красных», а затем, с подходом резервов, - перейти в наступление на Ленинград. Что касается армии «желтых» (эстонская), то ей следовало занимать оборонительные позиции по линии границы. Флоты «синих» и «желтых» располагались в своих базах. Перед армиями «красных» была поставлена задача перейти на Карельском перешейке в решительное наступление и захватить Виипури и Раквере. Флоту «красных» было приказано захватить о-ва Суурсаари, Сейскаари, Лавенсаари, Пенисаари, Суур- и Пиен-Тютерсаари.

Уже в процессе игры ее участники поняли, что при форсировании противолодочных барражей основные силы ВВС следует направлять на уничтожение «москитных сил» противника, охраняющих эти преграды, а также на подавление береговых батарей. Необходимо было также надежно прикрывать с воздуха, от ВВС противника, свои подводные лодки. По итогам игры были сделаны следующие важные выводы: 1) методы по запрещению противнику пользоваться шхерными фарватерами отработаны еще не полностью; 2) недостаточно отработано взаимодействие ПВО кораблей и ВВС при выходе флота из базы и на переходе; 3) недостаточно отработана организация оперативной разведки на театре.

Штабы всех соединений и частей Краснознаменного Балтийского флота также получили на весенний период 1939 г. свое персональное задание - организовать и провести на флоте одностороннюю игру с фактическим использованием средств связи и учение по боевому управлению с частичным развертыванием действующих соединений. Тема для игры и учения была одна и та же: Огневая поддержка фланга наступающих сухопутных войск Южной Приморской группы и захват островов Суурсаари и Суур-Тютерсаари». Основной учебной целью игры и учения было определено взаимодействие штабов соединений по боевому управлению в десантной операции. В качестве частных учебных целей были поставлены следующие: 1) дать практику командирам штабов и кораблей в оценке обстановки, в производстве оперативно-тактических расчетов, по ведению карты обстановки и пр.; 2) дать тренировку в использовании средств связи соединениями, кораблями и частями флота; 3) отработать код и шифрпосты. В состав участников как учения, так и игры входили штабы ВВС, бригады линкоров, 1 -й бригады миноносцев, бригады траления и заграждения, бригады торпедных катеров, охраны водного района, отряда учебных кораблей, 1-й, 2-й, 3-й и 4-й бригад подводных лодок, а также других соединений флота.

Лучше всех в ходе проведения игры и учения показали себя штабы 1-й и 4-й бригад подлодок, бригады торпедных катеров, военно-воздушных сил, 61-й и 8-й авиабригад ВВС КБФ. Но при этом выявилась совершенно недостаточная активность командиров штабов всех уровней в добывании сведений о противнике. Особенно слабым местом являлось отсутствие взаимной информации об обстановке и плохое по качеству составление донесений, в которых часто не указывалось, откуда исходит информация, что делает противник. У многих штабных работников отсутствовала ясность в изложении данных обстановки и четкость командного языка. Заодно выяснилось, что на некоторых кораблях командиры не умеют вести карту обстановки, журнал боевых действий, производить простейшие расчеты и оформлять боевые документы. В то же время на проведенных играх и учении штабы соединений (за исключением штаба Отряда учебных кораблей) показали себя, в основном, подготовленными в вопросах боевого управления в такой сложной операции, как десантная. Этому благоприятствовало то обстоятельство, что на одну и ту же тему было проведено два занятия.

Значительным событием для флота стало большое отрядное учение (БОУ) № 1, проводившееся с 14 по 17 августа 1939 г. по приказу командующего КБФ флагмана 2 ранга В. Ф. Трибуца. План этого учения, составленный начальником штаба флота капитаном 1 ранга А. П. Шергиным, был утвержден командующим КБФ Трибуцем 25 июля. Общая задача учения была обозначена им как «дневной артиллерийский бой линкоров с линкорами противника (естественно, немецкими линкорами - П. П.) на открытом плесе совместно с авиацией и легкими силами флота в условиях широкого применения дымов при использовании быстроходных подводных лодок».  Учебные цели БОУ-1 для стороны «А» (т. е. советской) состояли в следующем: 1) тренировка в артиллерийском бою линкоров с линкорами противника в условиях широкого применения дымов; 2) тренировка в использовании быстроходных подлодок во встречном бою надводных сил с противником на открытом плесе; 3) отработка практических навыков командирами соединений ВВС в совместном ударе по передовому отряду и линкорам противника во взаимодействии с легкими силами, подводными лодками и линкорами; 4) тренировка командиров и штабов соединений в боевом управлении маневренным соединением в дневном встречном бою с противником на открытом плесе. Перед стороной «Б» (неприятельской) были поставлены схожие задачи: 1) практика в проведении дневного боя передовых отрядов и в условиях широкого применения дымов; 2) тренировка в производстве скрытых атак подлодок по линкорам противника; 3) тренировка в бомбометании с боевых высот практическими бомбами по линкорам. Районом учения был определен Финский залив, вплоть до устья. Руководителем учения был назначен командующий КБФ, который держал свой флаг на линкоре «Октябрьская революция».

Сторону «А» представляли линкоры «Марат» и «Октябрьская революция», дивизион сторожевых кораблей, Бригада эскадренных миноносцев, 13-й и 14-й дивизионы подлодок из 1 -й и 4-й бригад ПЛ, Военно-воздушные силы КБФ, дивизион базовых тральщиков из состава Бригады заграждения и траления, Бригада торпедных катеров, Охрана водного района, Северный, Западный и Южный укрепрайоны. На стороне «Б» действовали крейсер «Киров», лидеры «Минск» и «Ленинград», 21-й и 22-й дивизионы из 2-й бригады ПЛ, 25-й дивизион из 3-й бригады ПЛ, минный заградитель «Марти» и Военно-воздушные силы КБФ.

Ход учения протекал следующим образом. Силы «желтых» (т. е. эстонцев), после серии боев с «красными» на западной границе, совершали отход и закреплялись на правом берегу реки Нарвы, а их флот в это время минировал свои прибрежные воды. «Коричневые» тем временем осуществляли переброску своих сухопутных войск и авиации (2 полка) на территорию «желтых» с целью их поддержки, а мощная эскадра, состоявшая из линкора типа «Шлезвиг-Гольштейн», двух линкоров типа «Дойчланд», трех крейсеров типа «Кельн», двух флотилий миноносцев и флотилии подлодок «Зальцведель», прибывала в Клайпеду. «Красная» сторона силами Южной Приморской группы Красной армии должна была перейти в наступление против коалиции «желтых» и «коричневых» и овладеть районом Раквере. Наступление фланга Приморской группы со стороны Нарвского залива поддерживал артиллерийским огнем Отряд особого назначения (канонерская лодка «Красное Знамя» и 3 эсминца типа «Володарский»). Основные же силы «красного флота» в этот момент находились в Кронштадте и Лужской губе.  Надо заметить, что финский флот командованием КБФ в расчет вообще не принимался: «"Синие" держат нейтралитет. Флот "синих" -Хельсинки-Виипурш. А уже на заключительной фазе учения происходил дневной бой основных сил (линейных кораблей и крейсеров) флотов «красных» и «коричневых». Именно эта фаза (бой линкоров) считалась, по мнению командования флотом, самым ответственным моментом учения.

Несмотря на всю полезность большого отрядного учения, несомненно, поднявшего боеспособность КБФ (по мнению некоторых авторов, «учение такого масштаба в предвоенный период проводилось на Балтике впервые и было насыщено решением огневых и тактических задач», его результаты не стоит переоценивать. Во-первых, БОУ № 1 проходило в довольно упрощенных условиях. Например: линкорам «противника» запрещалось уклоняться от атак подлодок; подводные лодки, выполняющие разведку, не должны были сближаться с кораблями «противника» ближе 30 кабельтовых; в ночное время подводным лодкам и самолетам разрешалось иметь ходовые огни (это в условиях боевых действий!); надводным кораблям в случае тумана следовало становиться на якорь. В принципе, это учение носило явно выраженный «полигонный» характер и не могло считаться приближенным к реальным боевым условиям. Во-вторых, учение Балтийского флота носило узконаправленный характер: по сути дела, КБФ готовился лишь к борьбе с немецким флотом на Балтике, а финский флот был как бы «выведен за скобки» - он просто не воспринимался в качестве потенциального противника (эта оценка имела место вплоть до конца октября 1939 г.). Разумеется, такая однобокость приводила лишь к незнанию сил и возможностей будущего противника. И в-третьих, во время этих учений наши надводные корабли отрабатывали, в основном, артиллерийские и торпедные стрельбы по надводным кораблям «противника». Другие же задачи - такие как стрельбы по береговым укреплениям (что так часто приходилось делать в период советско-финляндской войны) или совместные действия надводных и подводных сил с авиацией КБФ - практически не проводились. Впоследствии начальник штаба КБФ Ю. А. Пантелеев признал, что балтийские морские артиллеристы «недостаточно учились стрельбе по береговым целям, годами готовились к боям с морским противником», назвав это «явным упущением».  Все это опять-таки приводило к односторонности и упрощенчеству в боевой подготовке флота и в дальнейшем очень сильно повлияло на общий ход боевых действий и результаты войны с Финляндией на море зимой 1939-40 гг.

Своеобразной вершиной деятельности в совершенствовании оперативно-тактической подготовки командного состава КБФ должны были стать общефлотские маневры. Еще накануне проведения БОУ-1 26 июня 1939 г. начальник ГМШ Л. М. Галлер в своей директиве № 9761 сообщил Военному совету КБФ, что наркомом ВМФ утверждена тема маневров для Краснознаменного Балтийского флота - «Расширение, укрепление и удержание оперативной зоны КБФ в Финском заливе с одновременным содействием флангам наступающей Красной Армии в заливе и Ладожском озере при длительных операциях ПЛу баз противника и на всем протяжении Балтийского моря по нарушению коммуникаций».

Противоборствующие силы, участвующие в маневрах, были разделены на сторону "А" ("красные"), игравшую за СССР и состоявшую из Краснознаменного Балтийского флота (в составе на 1939 г.), и сторону "Б" ("коричневые2, "желтые" и «синие»), включавшую в себя военно-морские флоты коалиции Германии, Польши, Эстонии и Финляндии. Самым сильным, а потому самым опасным компонентом неприятельской коалиции для «красной» стороны являлся флот «коричневых» (немецкий) - 2 линкора типа «Д» («Дой-чланд»), 2 легких крейсера типа «К» («Кельн»), 2 флотилии эсминцев, флотилия подлодок «Зальцведель» (12 подводных лодок), 54 скоростных бомбардировщика, 54 пикирующих бомбардировщика, 81 истребитель.  Поэтому небольшие флоты «лимитрофов» -«желтых» (Эстонии) и «синих» (Финляндии) воспринимались советским командованием в качестве своеобразного «приложения» к германскому флоту и не воспринимались как отдельные серьезные противники.

Основной задачей этих маневров нарком ВМФ считал «овладение дерзкой, смелой и вместе с тем расчетливой тактикой последовательных ударов в наивыгоднейших условиях по частям сил противника и по всей глубине боевых порядков его флота и десанта, ударов по базам и коммуникациям, имея конечной целью полный разгром противника, взаимодействуя в каждом случае наличными средствами: надводными кораблями, подводными лодками, авиацией». В ходе проведения требовалось проверить реальность сроков оперативной и мобилизационной готовности и соответствие оперативных норм действительным потребностям. По части боевого управления наиболее приоритетной задачей была признана подготовка штабов всех степеней как органов боевого управления.

29 августа заместитель начальника Управления боевой подготовки РКВМФ капитан 2 ранга Сапожников сообщил Военному совету КБФ, что время проведения маневров определено с 1 по 15 октября. Ответственным руководителем маневров был назначен сам нарком ВМФ, который должен был проверить подготовку флота к маневрам и дать разрешение на их проведение. План проведения маневров Военному совету следовало представить за 15 дней до их начала.

В сентябре 1939 г. Военный совет КБФ представил наркому ВМФ «План проведения маневров КБФ 1939 года». Главная учебная цель маневров состояла в тренировке по планированию и проведению ряда последовательных и параллельных операций на театре в первый период войны. Учебные цели сводились к следующему: 1) Организация оперативной разведки на театре; 2) Проверка длительного состояния кораблей и частей КБФ в оперативной готовности №2 и№ 1;3) Проверка отмобилизования кораблей и частей по особому плану; 4) Проверка организации и выполнения захвата неприятельского побережья, укрепления и удержания захваченной зоны, путем высадки десанта в условиях противодействия противника; 5) Тренировка в оказании огневого содействия флангу наступающей Красной Армии в Финском заливе; 6) Тренировка ПЛПЛ и ВВС в самостоятельных и совместных действиях на коммуникациях и по уничтожению военных кораблей в Балтийском море и Финском заливе; 7) Тренировка в артиллерийском бое ЛК с ЛК противника в открытом море совместно с авиацией, легкими силами и ПЛ; 8) Проверка состояния огневой подготовки флота фактическим использованием оружия; 9) Тренировка органов тыла в материально-техническом обеспечении кораблей и частей в условиях выполнения ими ряда длительных операций на театре.  Время проведения маневров было намечено с 5 по 15 октября. Районом маневров был определен Финский залив и Балтийское море до параллели 57°. Предполагалось, что руководителем маневров будет сам нарком ВМФ.

Однако после начала войны Германии с Польшей в сентябре 1939 г. военно-политическая обстановка в Балтийском регионе резко изменилась, что побудило наркома ВМФ сразу же внести срочные коррективы в текущие планы. Согласно его телеграмме, отправленной Военному совету КБФ, отныне следовало «отказаться от учений, ограничить районы плавания, частично или вовсе отказаться от выхода вморе». Нарком порекомендовал перейти к новым мобильным формам боевой подготовки «применительно складывающейся обстановки». Боевую подготовку теперь необходимо было увязать и подчинить требованиям оперативной готовности флота.

Здесь стоит заметить, что большинство учебных задач, запланированных для общефлотских маневров в 1939 г. (высадка десанта, поддержка фланга армии артиллерийским огнем, действия ВВС и подлодок на неприятельских коммуникациях и по уничтожение флота противника в море), в полной мере отражали номенклатуру тех боевых операций, которые пришлось проводить Краснознаменному Балтийскому флоту в ходе реальных боевых действий с Финляндией зимой 1939-1940 гг. В связи с этим нельзя не признать, что отмена маневров КБФ довольно пагубно сказалась на общем уровне боевой подготовки флота. В противном же случае Балтийский флот получил бы возможность хоть минимально подготовиться к грядущим боевым действиям с немалой пользой для себя. Но этого, к сожалению, так и не произошло.

Пожалуй, наиболее крупным недостатком в процессе БП флота было плохо налаженное взаимодействие сил флота и армии при совместных действиях в прибрежных районах. В первую очередь, это касалось управления стрельбой корабельной артиллерии по береговым целям. Поскольку единого наставления об основах взаимодействия армии и флота не имелось, в каждом конкретном случае оно отрабатывалось соответствующими начальниками по месту, непосредственно перед стрельбой. Это приводило на деле к тому, что армейские командиры весьма слабо представляли себе возможности морской артиллерии и не могли правильно поставить задачи флоту.

Из-за многочисленных пробелов в организации и проведении БП на флоте многие боевые операции КБФ в период советско-финляндской войны не принесли ожидавшихся от них результатов. Как мы видим, недостатки боевой подготовки КБФ закладывались еще в мирное время, задолго до начала войны, на протяжении всего конца 1930-х гг. Причиной данной ситуации были не только массовые репрессии среди командно-начальствующего состава Балтфлота, о чем будет сказано далее, но и явные просчеты, допущенные командованием флота при определении основных задач боевой подготовки на каждый год. В частности, допускалось явное увлечение чисто морскими, корабельными операциями и мало внимания уделялось совместным с армией операциям (действия ВВС ВМФ и РККА в прибрежных районах, поддержка огнем корабельной артиллерии действий сухопутных войск, десантные операции и др.).

Большие подводные лодки, Япония

Тип «Sen-Toku»

3 + 3 единицы

I-400 (KNY, 18.1.1943/18.1.1944/12.1944 — затоплена в 1946), I-401 (SDY, 26.4.1943/11.3.1944/1.1945 — затоплена в 1946), I-402 (SDY, 20.10.1943/ 5.9.1944/7.1945 — затоплена в 1946), I-403 (KNY, 4.1943 — разобрана на...

Средние подводные лодки, Италия

Тип «Argo»

2 единицы

«Argo» (КРАм, 27.11.1936 — затоплена 11.9.1943) и «Velella» (КРАм, 12.12.1936 — потоплена 7.9.1943).

Надводное: 678/780 т, подводное: 1000 т; 63,2x6,9x4,5 м; 2 диз./2 ЭД, 1500/800 л.с., 14/8 узл., 60 (нормальный) т соляра,...

Линейные корабли, Великобритания

Тип «King George V»

5 единиц

«King George V»

Unable to load Mainlink code. Directory /srv/www/seav.ru/httpdocs/hanuman/data is not writeable!