Уточнение боевых задач КБФ

Вплоть до 20-х чисел ноября 1939 г. оперативный план КБФ не менялся, но буквально за неделю до начала военных действий произошло окончательное уточнение боевых задач Краснознаменного Балтийского флота. 21 ноября командующий войсками Ленинградского военного округа командарм 2 ранга К А. Мерецков направил Военному совету КБФ директиву № 4716. В принципе, она не противоречила предыдущим документам, но в то же время несколько расширяла рамки поставленных флоту задач. К уже имевшимся пяти основным задачам Балтийского флота теперь прибавились еще две: «..д) не допустить подхода иностранных судов и высадки иностранных войск на Аландских островах; е) с продвижением наших войск вглубь южной части Финляндии захватить Ганге (полуостров Ханко -П.П.) и использовать его как передовую базу для нашего флота».  Флоту предписывалось иметь прочную связь с командующим 7-й армией, обменяться делегатами связи с 70-й стрелковой дивизией и обеспечить надежную связь береговых батарей с армией. Что касается времени перехода в наступление, то, как было написано в документе, на этот счет «будет дана особая директива». Военный совет Балтийского флота был обязан представить свой план операции к 22 ноября 1939 г.

Что касается первой из упомянутых в директиве ЛВО операций, то она внушает очень большие сомнения относительно реальности ее исполнения. Ведь для того, чтобы наши корабли покрыли расстояние от своих баз до Ал андских островов, им понадобилось бы, в самом лучшем случае, от 7 до 15 ч (если бы они постоянно шли 30-узловым ходом, что, в общем-то, невозможно), а в среднем - 1 сутки. За это время противник мог бы преспокойно высадиться и закрепиться на берегу, а наш флот был бы уже поставлен перед свершившимся фактом. Вторая операция представляется еще более странной. Вряд ли был какой-то особый смысл в изолированном захвате полуострова, находившегося почти в 400 км от линии фронта. Судя по документам, командование КБФ вообще не планировало каких-либо десантных операций в этом районе, проведению которых могли бы помешать береговые батареи финнов в районе полуострова Ханко. Итак, план боевых действий в очередной раз усложнялся, что не могло не сказаться на его общей выполнимости.

На основании вышеупомянутой директивы ЛВО командующий КБФ В. Ф. Трибуц издал 23 ноября приказ № 5/оп,од ставший окончательным вариантом оперативного плана. По сравнению с директивой ЛВО приказ № 5 обладал разве что одним только преимуществом - в нем была опущена операция по захвату полуострова Ханко (наверное, командование флотом все-таки сообразило, что это будет уже слишком!). В отличие от директивы в приказе № 5 боевые задачи впервые были распределены между всеми основными соединениями и некоторыми частями Балтийского флота (эскадрой, 1-й, 2-й и 3-й бригадами подлодок, Охраной водного района, бригадой торпедных катеров, военно-воздушными силами, Северным, Западным и Южным укрепрайонами и пр.). В остальном, к сожалению, этот приказ, как, впрочем, и предыдущие документы, не только не устранил имевшихся недочетов, но даже и усугубил их. Так, например, выполнение некоторых наиболее ответственных боевых задач (уничтожение финских броненосцев, осуществление блокады побережья Финляндии) было возложено сразу на несколько различных соединений флота - эскадру, 1-ю и 2-ю бригады подводных лодок и Военно-воздушные силы, которым к тому же надлежало действовать в одних и тех же районах.  Но самое главное, что никаких разъяснений об организации взаимодействия между ними не давалось, что еще больше запутывало действия флота. Уже потом, после окончания войны, выступая на совещании представителей Главного морского штаба, морской авиации и Военно-морской академии в октябре 1940 г., заместитель наркома ВМФ адмирал И. С. Исаков признавал: несмотря на то, что «о взаимодействии мы говорим давно» и само положение о необходимости взаимодействия никем не оспаривается, в итоге «оно не совсем нам удается и даже очень часто не удается совсем».

Согласно приказу № 5/оп Эскадра (без 3 дивизиона эсминцев) вместе с приданными 3 сторожевыми кораблями должна была выполнить следующие боевые задачи: 1) прервать морские коммуникации Финляндии в Финском заливе и Балтийском море; 2) уничтожить финский флот в море, не допуская его ухода в шведские воды; 3) не допустить подхода иностранных кораблей и высадку войск на Аландские острова; 4) прикрыть десантную операцию на островах восточной части Финского залива от устья залива до меридиана 27°.

Первой и 2-й бригадам подводных лодок надлежало: 1) прервать морские коммуникации Финляндии, не допуская подвоза извне войск и боевого снаряжения; 2) не допустить высадки иностранных войск на Аландские острова; 3) уничтожить броненосцы береговой обороны и подводные лодки противника в море и заливе, не допуская, их ухода в территориальные воды Швеции; вести наблюдение за развертыванием шведского флота. 3-я бригада ПЛ должна была находиться в оперативном резерве для последующей смены на позициях своей бригады.

Перед Военно-воздушными силами КБФ было поставлено большое количество задач: 1) надежно прикрыть от атак с воздуха Ленинград, Главную базу, Лужскую губу со стороны морского сектора; 2) уничтожить флот Финляндии, имея главным объектом броненосцы береговой обороны, подводные лодки, авиацию на морских аэродромах и аэродромные сооружения к западу от меридиана 27°; 3) подавить береговые батареи и разрушить укрепления полуострова Ханко; 4) обеспечить специальную разведывательную операцию на острове Гогланд и десант на островах Лавенсаари-Сескар предварительным бомбовым ударом, осуществляя ПВО и ПЛО этих операций; 5) организовать ПЛО до меридиана 27°. В последующем ВВС надлежало быть готовыми к разрушению оборонительных сооружений баз Хельсинки, Котка, «погашению» батарей в районе Биеркэ-Ино, уничтожению транспортов с иностранными войсками в случае их попытки к высадке на Аландские острова.

Отряду особого назначения КБФ было поручено в первый день войны захватить и удержать острова Сескар и Лавенсаари, высадив на них десант в составе трех рот Особой специальной стрелковой бригады, а также выявить систему обороны острова Гогланд. В дальнейшем ООНу следовало быть готовым к захвату островов Гогланд, Большой Тютерс, Нерва и Соммерс с последующим их вооружением, а также подготовиться к высадке десанта в составе стрелкового полка для высадки на берег Финляндии по указанию ЛВО.

Береговая оборона Балтийского флота получила в основном задачи по прикрытию собственного побережья. Например, Северный укрепрайон должен был не допустить прорыва легких сил и торпедных катеров противника в Главную базу северным и южным фарватером, Южный укрепрайон - воспрепятствовать прорыву неприятельских сил к Главной базе южным фарватером, а Западный укрепрайон - не допустить прорыва легких сил в маневренную базу. Помимо этого, части СУРа по требованию 70-й стрелковой дивизии должны были поддержать артиллерийским огнем приморский участок дивизии на участке от госграницы до Ино, а части ЗУРа - по требованию командира ООНа - поддержать огнем высадку на острова Лавенсаари и Сейскаари. Имевшиеся в составе УРов железнодорожные батареи следовало надежно замаскировать и держать их в составе Резерва главного командования (РГК). Использовать железнодорожные батареи можно было только с разрешения командующего КБФ.

Приказ № 5/оп уже окончательно закрепил задачи за всеми основными соединениями КБФ, подведя тем самым черту в процессе оперативного планирования на высшем уровне. Давая общую оценку приказу № 5/оп как окончательному варианту оперативного плана КБФ, нельзя не отметить его основной недостаток - отсутствие глубины, перспективности планирования. Ведь по сути дела была продумана только самая первая, десантная, операция флота - по захвату Отрядом особого назначения островов в восточной части Финского залива. Осуществив десантную операцию, Военный совет КБФ несколько растерялся, пребывая в неведении, что же следует делать дальше.

Впрочем, ситуация была облегчена тем, что все последующие крупномасштабные операции Эскадры и Отряда легких сил КБФ проводились только по приказу наркома ВМФ флагмана флота 2 ранга Н. Г. Кузнецова при соответствующем одобрении Ставкой Главного Совета. В директиве наркома ВМФ, отправленной Военному совету КБФ 9 декабря 1939 г., на этот счет недвусмысленно указывалось: «1. Принципиальные задачи КБФ ставятся приказом Главного командования Красной Армии по моему докладу (десанты, блокада, уничтожение флота  противника и тому подобное); 2. Задачи местного значения, как то: ШЛО, ПМО, ПТО, огневое содействие флангу, дозоры и тому подобное ставятся приказом Военного совета КБФ с последующим донесением.  Правда, отдельные операции проводились и непосредственно по приказанию командующего Краснознаменным Балтийским флотом, причем зачастую их замысел возникал как-то спонтанно, без вразумительной мотивировки (операции Отряда легких сил 1 и 14 декабря по обстрелу островов Руссарэ и Утэ), да и необходимость в их проведении вызывала большие сомнения. В результате эта непродуманность плана боевых действий, по признанию самого В. Ф. Трибуца, привела затем «к потере темпов, перспектив на выполнение дальнейших задач.

Планирование на уровне соединений КБФ шло практически одновременно по одному и тому же образцу: по приказу командования флота в каждом соединении разрабатывался свой собственный боевой приказ (по сути дела, план боевых действий на первые дни войны), схема решения, плановая таблица и прочая необходимая оперативная документация. На этом этапе боевые задачи уже конкретизировались и распределялись между всеми частями. В качестве наглядного примера рассмотрим процесс оперативного планирования в надводных, подводных и военно-воздушных силах флота, ибо везде это проходило по-разному.

Наиболее сложно шло составление оперативной документации в надводных силах КБФ. Ддя этой цели нарком ВМФ даже направил на Балтику в качестве советников своего 1-го заместителя И. С. Исакова и начальника Главного морского штаба Л. М. Галлера. Они должны были проконтролировать процесс разработки основных документов, помочь руководству КБФ необходимыми советами, а заодно - проверить боевую подготовку соединений флота. 10 ноября 1939 г. на совещании Военного совета КБФ И. С. Исаков внес необходимые уточнения в план боевых действий флота, не меняя плана в целом. На следующий день, 11 ноября, начальник штаба КБФ капитан 1 ранга Ю. А. Пантелеев направил командующему Эскадрой КБФ флагману 2 ранга Н. Н. Несвицкому директиву № 1оп/б05сс. Из нее следовало, что, на основе общего решения, принятого Военным советом флота по плану операции на случай войны с Финляндией, Командущующий флотом приказал разработать «план действий Эскадры» и поставить частные задачи исполнителям. Непосредственная задача Эскадры состояла, как считал Ю. А. Пантелеев, в том, чтобы прикрыть операцию флота по захвату островов в восточной части Финского залива, не допустить ухода финских броненосцев береговой обороны в Швецию и прекратить всякий подвоз снабжения через Балтийское море в Финляндию. 14 ноября начальник штаба КБФ послал командующему Эскадрой директиву №1оп/б11сс, где сообщал ему последние разведданные и приказывал разработать «План подавления батарей Пуумаа, Ино и бронированного поезда», а также план подавления береговых батарей противника Сааренпя и Торсаари. Свое решение и расчет необходимых средств обеспечения Н. Н. Несвицкий должен был представить Военному совету КБФ к 19 ч 15 ноября 1939 г.

В положенный срок, 15 ноября, командующий Эскадрой представил Военному совету флота «Боевой приказ №2/оп», где была изложена программа действий Эскадры в первые дни войны. Согласно приказу Отряду легких сил КБФ поручалось прикрыть операцию Балтфлота в восточной части Финского залива, не допустить ухода финских броненосцев в Швецию и прервать коммуникации противника в Балтийском море, для чего Таллинской группе (2-й дивизион эсминцев) следовало нести подвижной дозор в районе меридианов 25-27° и «не допустить прорыва противника на восток за меридианГогланд», а Либавской группе (крейсер «Киров» и эсминцы «Сметливый» и «Стремительный») - «действовать по противнику в устье Финского залива и Балтийском море», а также оказывать поддержку 2-му дивизиону. Что же касается линейных кораблей «Марат» и «Октябрьская Революция» и 1 дивизиона сторожевых кораблей, то они должны были находиться в Главной базе «в готовности для оказания огневой поддержки флангу армии».

В соответствии с директивой ВС КБФ № 1 оп/611 ее Н. Н. Несвицкий также составил планы операций по уничтожению неприятельских артиллерийских батарей. К примеру, артиллерийские батареи в Инониеми и Пуумала, а также бронепоезд противника предполагалось подавить огнем линкора «Октябрьская Революция» и бомбардировочным ударом авиаэскадрильи ВВС КБФ. То же самое следовало проделать и с береговыми батареями Сааренпя и Торсаари.  Как показали дальнейшие события, эта задача оказалась «не по плечу» ни линкорам, ни авиации Балтийского флота.

17 ноября Военный совет КБФ в своем приказе № 6/оп окончательно уточнил задачу Эскадры КБФ. Ей надлежало вместе с приданной авиацией, торпедными катерами и тральщиками «подавить последовательно береговые батареи Сааренпя, Торсаари, Пуумаа, Ино и бронепоезд в р-не Перкиярви для обеспечения коммуникаций и развертывания флота в восточной части Финского залива». В соответствии с этим решением командующие ВВС, Бригадой торпедных катеров и Охраной водного района были обязаны предусмотреть выделение, по сигналу командующего флотом, в распоряжение командующего Эскадрой КБФ необходимого количества истребителей, разведчиков, тральщиков и торпедных катеров. Операцию следовало начинать «по особому приказу».  21 ноября в директиве Военного совета флота № 1 ОП/627СС оговаривался уже несколько иной вариант действий Эскадры: «В случае открытия артиллерийского огня с финского берега по линкорам, стоящим на рейдах ГБ, таковые немедленно снимаются и, не дожидаясь решения, выходят на Красногорский рейд, где находятся на ходу до подавления батарей силами ВВС или БО (Береговой Обороны -П.ЩСУР'а».

Другие соединения надводных кораблей Краснознаменного Балтийского флота также получили свои задачи. Например, Охрана водного района должна была организовать противолодочную, противоминную и противоторпедную оборону Главной базы (Кронштадта) и подходов к ней, а также обеспечить вход и выход своих кораблей в Главную базу. Решение этих задач командир ОВРа капитан 2 ранга С. В. Кисилев видел в установлении ближнего дозора сторожевых кораблей и катеров, проведении контрольного траления фарватеров, а также в непосредственной проводке за тралами всех входящих и выходящих кораблей и поиске подлодок противника самолетами в р-не маяк Шепелевский-Главная база.  Перед Бригадой торпедных катеров КБФ была поставлена весьма сходная задача: осуществление ПЛО района Шепелев маяк-Сейскаари-Сейвястэ и межостровного района, обеспечение ПЛО Отряда особого назначения, Эскадры и обеспечение входа-выхода кораблей Эскадры в Главную Базу. Помимо этого, каждый дивизион торпедных катеров должен был иметь по одному дежурному звену в готовности для бомбометания по вызову.

Что касается подводных сил Балтфлота, то они получили свою боевую задачу, пожалуй, одними из первых. Еще 12 ноября Военный совет флота своей директивой № 1оп/б0бсс (которая отменяла прежнюю директиву № 1оп/575сс от 26.10.39 г. - П. П.) поставил перед подводниками Балтики следующие задачи: 1) с началом военных действий уничтожить ББО (броненосцы береговой обороны -П.Щ), не допустив их ухода в Швецию; 2) вести разведку за развертыванием и деятельностью шведского флота, не нарушая терводы Швеции; 3) прекратить подвоз снабжения через Балтийское море в Финляндию и из портов Швеции в Ботнический залив.  Лодкам следовало находиться на позициях из расчета полной автономности, а смена с позиций должна была осуществляться по приказанию. Имелись также и особые указания: «..Неограниченную подводную войну вести только после правительственного объявления о зонах действий наших подлодок и получения особых указаний». Вплоть до официального объявления неограниченной подводной войны и до получения необходимых указаний с началом военных действий нашим подводным лодкам разрешалось топить только финские военные и торговые корабли с соблюдением всех международных правил.


Большие подводные лодки, СССР

Тип «Д»

6 единиц

Серия I: Д-1 «Декабрист» (3.11.1928) Д-2 «Народоволец» (19.05.1929) Д-3 «Красногвардеец» (12.07.1929) Д-4 «Революционер» (6.04.1929) Д-5 «Спартаковец» (28.09.1929) Д-6 «Якобинец» (12.05.1930)

934/1354 т; 76 х 6,4 х 3,8 м;...

Линейные корабли, США

Тип «Iowa»

4 + 2 единицы

ВВ-61 «Iowa» NYNY 27.6.1940 27.2.1942 2.1943 Находится в резерве
ВВ-62 «New Jersey» FNY 16.9.1940 7.12.1942 5.1943 С 1999 переоборудуется в корабль-музей
ВВ-63 «Missouri» NYNY 6.1.1941 29.1.1944 6.1944 С 1999...

Легкие крейсера, Канада


Тип «Swiftsure»


1 единица в RCN

«Ontario» — бывш. HMS «Minotaur» (1944 ) — получен от RN 07.44. х1960

Тип «Fiji» («Colony»)


1 единица в RCN

8800 т, 32, 5 уз., 9x152, 10x102, 24x40, 20x20, 6 ТА-533.

«Quebec» — бывш. HMS «Uganda»

Специальные подводные лодки, Великобритания

Подводные минные заградители

Тип «Porpoise»

6 единиц

1-я группа: «Porpoise» (ВикАрм, 30.8.1932 — погибла 16.1.1945).

2-я группа: «Grampus» (Чат, 25.2.1936 — погибла 16.6.1940), «Narwhal» (ВикАрм, 29.8.1935 — погибла 1.8.1940), «Rorqual» (ВикАрм,...

Канонерские лодки, Франция

 


Речные канонерские лодки

Находились в Китае и Индокитае.

«Doudart-de-Lagree»* (1908) — на Дальнем Востоке (на р. Янцзы), передана Китаю в 1942 г.

183 т, 13 уз., 1x75, 2x37, 4-8 пул.

«Balny»* (1921) — на Дальнем Востоке в Чунцине (на...

Unable to load Mainlink code. Directory /srv/www/seav.ru/httpdocs/hanuman/data is not writeable!